Трамп сообщил, что переговорщики от США прибудут в Исламабад в понедельник. Переговорная группа включает вице-президента Вэнса, зятя Трампа Кушнера и его советника Уиткоффа. Одновременно с этим Трамп опять угрожает Ирану и заявляет, что тот нарушил перемирие
Переговорщики США в понедельник вечером прибудут в Исламабад для контактов с Ираном, заявил Дональд Трамп. При этом он снова угрожает Ирану уничтожением электростанций и мостов за отказ от мирной сделки. Президент США написал, что «Иран вчера решил открыть огонь в Ормузском проливе, направив его против французского и британского судов. Это полное нарушение соглашения о прекращении огня!» Трамп также назвал «странными» заявления Ирана о возобновлении перекрытия Ормузского пролива, так как США уже ввели блокаду.
По данным ABC News, американскую делегацию вновь возглавит вице-президент США Джей Ди Вэнс. Как утверждает New York Post, также на встречу отправятся спецпосланник Трампа Стив Уиткофф и зять американского президента Джаред Кушнер.
21 апреля истекает двухнедельное перемирие между США и Ираном.Тегеран предстоящую встречу пока не комментировал. Все это Бизнес ФМ обсудила с политологом-международником, востоковедом Еленой Супониной:
Елена Супонина
политолог, востоковед
«В регионе тем не менее слухи достаточно стойкие насчет того, что переговоры могут возобновиться и произойдет это как раз в понедельник в Исламабаде, в Пакистане. Все для этого готово, и они подтверждают данный факт — готовность свою к проведению переговоров. Но ситуация очень зыбкая, шаткая. Того и гляди могут произойти провокации. Например, в Ливане, на юге Ливана, погиб миротворец, гражданин Франции, на днях. И вот такого рода инциденты могут привести к новому обострению где угодно: как в Ормузском проливе, так и в Ливане, где действует ливанская партия «Хезболла», союзная Ирану. В Израиле, конечно, напряженно следят за возможностью возобновления переговоров, но и оттуда идут сигналы, что препятствовать этим переговорам или срывать их израильтяне не намерены. Так что желание у Трампа возобновить переговоры есть, иранцы тоже вроде не возражают. Там есть один момент, связанный с позицией, с одной стороны, министерства иностранных дел, президента и даже отдельных руководителей Корпуса стражей исламской революции, того же Галибафа, который участвовал в первом раунде переговоров, а с другой стороны — другого крыла, которое настроено более воинственно. Но преувеличивать эти разногласия я бы не стала. Первый раунд закончился, второй раунд еще не начался, но все это время шли плотные контакты — как через посредников, так и через обмен посланиями — по поводу тех предложений, которые обсуждались в ходе первого раунда. И тут возникают разногласия. Ни одна ни другая сторона не идет на уступки, и это приводит к ужесточению позиции. Ни та ни другая сторона пока сейчас не диктует друг другу условия. Да, иранцы выстояли, поэтому они воспринимают случившееся уже после конфликта как свою победу. Они считают, что американцы идут на уступки, но Дональд Трамп полагает то же самое, и как раз поэтому переговоры идут так тяжело. Именно отсутствие четкого перевеса и позволяет сторонам играть в эту игру «тяни-толкай». Если бы перевес одной или другой стороны был ощутимым, переговоры шли бы быстрее».
Ранее Иран снова заблокировал Ормузский пролив. По заявлению Корпуса стражей исламской революции, пролив перекрыт со второй половины субботы. Тегеран объяснил такое решение тем, что действия США «не заслуживают доверия». В свою очередь, Дональд Трамп заявил, что контакты США и Ирана продолжаются и «они идут очень хорошо». Однако Штаты свою блокаду тоже не снимают. По данным ВМС США, военные перехватили уже 23 торговых судна, связанных с Ираном.
На фоне подвешенного состояния в Ормузском проливе Турция продвигает альтернативный торговый путь. Речь о Срединном коридоре через Армению, так называемом маршруте Трампа. Но для реализации Анкаре необходимо открыть погранпереход «Алиджан» на границе в Арменией, который был закрыт 32 года назад. Чего в этом проекте больше — политического или экономического — и кто, кроме Турции, может быть в нем заинтересован, объясняет Станислав Ткаченко, профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ:
Станислав Ткаченко
профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ
«Что касается этого проекта, он больше геополитический, чем экономический. Я в его реализацию как центрального элемента Срединного коридора для перевозки грузов между Восточной Азией и Европой не верю в силу множества причин. Но одна из них в том, что это очень сложный по архитектуре проект: нужно пересекать море, множество государственных границ. Есть варианты попроще, чтобы доставить грузы по этому маршруту. Поэтому трансконтинентальным он стать не может. Ну, во всяком случае, даже в нынешних условиях есть самый удобный вариант доставки грузов между Азией и Европой — по территории Казахстана и России. Есть альтернативный — вокруг мыса Доброй Надежды и Северный морской путь. Поэтому, с моей точки зрения, он, наверное, может быть реализован как региональный, но даже в этом случае политики там все равно намного больше, чем экономики. Обсуждается эта идея уже лет двадцать, но пока он, как говорят специалисты, так и не раскатан, то есть для него не найдены объемы грузов. Достаточно, чтобы перевозить трафик грузов между Турцией и Азербайджаном: сегодня он не очень большой и идеально обслуживается имеющимися железными дорогами через Грузию, дальше Азербайджан, дальше Турция. Чтобы этот коридор стал мегапроектом, который потребовал бы сотни миллионов, даже миллиардов долларов инвестиций, требуется, чтобы под этот проект реально подписались как минимум Китай, или Индия, или Иран. Но ни одна из этих трех стран не участвует в реальном обсуждении этого проекта. Турция действительно очень настойчиво говорит, что ей нужен Зангезурский коридор как средство или путь для выхода в европейский регион и Центральную Азию. Поэтому, очевидно, самая заинтересованная страна — Турция. В принципе, в этом проекте исторически даже не были заинтересованы Соединенные Штаты и европейцы, потому что понимали, что его нельзя реализовать без Ирана, а с Ираном у них были плохие, а сейчас вообще отвратительные отношения. Поэтому турки, конечно, пытаются представить этот проект как эффективный, но пока сложно представить, что он будет реализован в значительных объемах. Отчасти потому, что есть серьезное бутылочное горлышко не только в виде закрытой армяно-турецкой границы, но и того факта, что турецко-армянская граница не подходит: очень слабая железная дорога, другой ширины колеи и совершенно несравнимая с российской грузоподъемность. Туркам необходимо построить новые железные дороги вместо тех, которые есть».
Al Jazeera сообщает, что йеменские хуситы заявили о готовности закрыть стратегически важный Баб-эль-Мандэбский пролив, связывающий Красное море с Аравийским. Тем временем The Wall Street Journal пишет, что Дональд Трамп в растерянности. С одной стороны, он отказывается от операций с высокими ожидаемыми потерями, с другой — публикует ультиматумы, угрожая уничтожить иранскую инфраструктуру. Причем такие заявления он делает без согласования со своей командой по нацбезопасности.
CBS News отмечает, что в ходе совместной операции США и Израиля против Ирана ранения получили 399 американских военнослужащих. Число погибших, по последним данным, составило 13 человек.
Источник: http://www.bfm.ru/news/604199
